УхоТопормПром: жизнь внутри Пузыря. Бизнес-роман.

                                                                                                             Основано на реальных событиях

                                                                                                             и бурной фантазии автора.

                                                                                                             февраль, 2017

 

 

Роман Моранов смотрел на свои очки Armany, которые лежали на краю стола в его кабинете.

– Армани, армани, мои армани, – затянул он знакомый мотив.

– Мани, мани, мани, – повторил сладкий голос из шлемофона.

«Так хорошо и спокойно» — подумал Моранов и тихо пукнул. Внутри шлема заиграл лаунж и приятный тихий голос главного пиарщика ТопоромПрома сладко запел в такт музыке: «Мы достигли… Мы обогнали… Мы летим…». Его веки сомкнулись, губы расплылись в сладкой улыбке. «Эх, жить бы всю жизнь внутри Пузыря (так он любовно называл свой шлём – главную инновационную разработку департамента стратегического распития), и не снимать его никогда!»

 

 

Он летел над лесом. Солнце вставало и ярко озаряло огромную полноводную реку, берущую начало в горах, которые виднелись на горизонте. Рядом летели чайки.

«Что-то здесь не сходится…» – подумал Моранов.

Действительно, у чайки, которая была ближе всего, вместо клюва был солдатский сапог. Вдруг подошва отделилась от носка сапога, оголив гвозди, словно зубы в пасти крокодила, и заорала:

«А ну вставай, сцуко! Быстро парашу драить!» – кричал тюремный надзиратель. Остатки сна улетучились, как дым в лучах восходящего солнца. Моранов ощутил удар армейского сапога на все ещё пухлых ягодицах. «В сапоги нужно было вкладывать научный потенциал ТопоРома*, седалище б не так страдало» – подумал он.

 

_____________________

* сокращенное название ТопоромПрома.

 

[Введение]

Даже обычному гражданину хочется выставить себя перед людьми в лучшем свете. А руководству большого государственного концерна – тем паче. По этой причине история жизни Концерна, которая заказывается его руководством, комплиментарна, то есть полна косметической лжи. Провалы замалчиваются. Достижения преувеличиваются или придумываются. Что-то вроде автобиографии себя любимых, поданной на конкурс «best of the best». И эта история создается для массового употребления, как героическая мифология, «чтоб пипл хавал, самоидентифицировался и гордился». Здесь таких историй полно:  http://ukroboronprom.com.ua/

Что-то подобное происходит и в холдинге под названием государство Украина. Сайты его органов в открытом доступе.

История, точнее истории, которые описываются в этой книге, предназначены для охотников за истиной. Чтоб во лжи не погрязли окончательно. И, разобравшись, сравнив факты, сделав выводы эти пытливые умы дадут обратную связь замкнутой в себе системе, под названием Государство (Концерн, министерство), извне. Выборы нового президента, парламента, как вариант, где можно дать такую обратную связь в будущем. Петиции, блоги, СМИ, интернет — уже сейчас. Потому что без такого адекватного взаимодействия замкнутой системы с окружающей средой государство будет делать одну ошибку за другой, впадая в нищету и развал. А кто у руля? Они внутри Пузыря: там все тихо и спокойно.

Роман состоит из двух равноценных частей. В первой персонажи живут своей жизнью, работают, взаимодействуют. Вторая органически связана с первой через ссылки. В ней находятся описание схем, цифры, аналитика.

Для одних — это будет предвыборная речь, вполне может статься и такое. Для других речь обвинительная. Возможно, для кого-то здесь найдется материал и для оправдательной речи. А кто-то просто улыбнётся: «Жив, здоров и на свободе – и слава Богу!»

Игра слов, игра букв в именах и названиях не искажает сути: персонажи и места либо вымышлены, либо они существуют и действуют. Как предмет воображения. Весь наш мир – это наше воображение. Однако пытливому уму, безусловно, захочется поискать аналогии с настоящей жизнью. Интернет ему в помощь!

 

[Действующие лица]

 

Пётр Орошенко

  • Президент Великой Страны (Первый). Действительно, Великой Страны.

 

Александр Урчинов

  • руководитель НРБО (П-Астор)

 

Олег Ладковский

  • куратор ТопоромПрома, первый заместитель руководителя НРБО

 

Роман Моранов

  • минеральный директор госконцерна «УхоТопоромПром»

 

Директор

  • руководитель завода, который входит в состав ТопоРома

 

 

[Анки]

 

 

Мерно ходили щетки очистителей лобового стекла, под капотом ровно работал мощный двигатель дорогого джипа. Директор ехал в столицу на совещание к Первому. В голове крутились мысли вокруг предстоящего разговора.

На следующий день он переступил порог парадного входа Главного административного здания страны. Внутри его ждал куратор ТопоромПрома из НРБО. Обменявшись дежурными фразами оба двинулись к арке-детектору.

– Фамилия?

– Ладковский. К Первому, – бросил куратор.

– Кто, кто? – сурово переспросил охранник.

– Л-ладко… К Пер…

– Сдали телефоны и часы. Поднимайтесь на 4 этаж. Вас встретят возле лифта.

До разговора с Первым оставалось еще полчаса. Три раза Директора и Куратора офицеры охраны переводили из комнаты в комнату. Не так давно из страны бежал очередной «соратник» Первого, который умудрился записать на диктофон в наручных часах беседы в этих самых коридорах власти. Такой себе второй майор Мельниченко, который отличился тем же. Он, правда, видел, что Данилыч не слазил со стакана. Поэтому смог установить профессиональную прослушку. Зная, что Бог любит троицу, охрана Первого старалась не допустить третьего раза, активно наблюдая за приглашенными на экранах мониторов, пытаясь уловить в их поведении признаки «государственной измены». Подозрение вызывало только то, что Куратор часто почёсывал свой обгоревший на солнце нос. Он совсем недавно прилетел со своей испанской виллы.

Наконец их впустили в хорошо освещенный зал с круглым столом и креслами. Вошел Первый. Он выглядел безупречно: уложенная прическа, гладко выбритое лицо, строгий костюм, элегантный галстук. Казалось, целая армия стилистов и модельеров работала на его имидж. Рядом с ним шел руководитель НРБО.

– Добрый день. Прошу садиться.

Первый посмотрел на Куратора.

– Олег, ты бы хоть припудрился, нех…й среди зимы с обгоревшей рожей ходить.

Первый никогда не скупился на крепкие выражения в узком кругу.

– Когда прилетает Моранов? – спросил он.

– Сегодня, – ответил Куратор. – Там его АБУ* достает. Хотят предъявить обвинение в коррупции и растратах.

– АБУ? А есть за что?

– Всегда есть за что… – многозначительно сказал Куратор. Он поднял вверх глаза и ненадолго выпорхнул из действительности. На краю сознания калейдоскопом пронеслось недавнее прошлое и вновь пощекотало нервы. Выемка документов в СпецТехноПродаже**, изъятие сетевых дисков, компьютеров. Договариваться и обещать пришлось многим. Служба безопасности ТопоромПрома не спала несколько суток. Куратор понимал, что если изымут из рабочего кабинета еще и директора СпецТехноПродажи и переместят под надзор, да там он еще и начнет давать показания, то следующим может оказаться…

Ах, не хотелось об этом думать. В конце концов все списали на агентов российских спецслужб, которые хотели расшатать военный экспорт Великой Страны. Придумали даже название операции: «Шатун». Сетевые диски вернули, никого не переместили.

______________

*АБУ – антикоррупционное бюро

**«СпецТехноПродажа» — государственная фирма, которая по решению Кабинета Министров производит экспортно-импортные операции товаров военного и двойного назначения.

 

 

Куратор глубоко вздохнул и попытался уловить нить беседы, которая происходила за столом.

Обсуждали поставки анков в Азию. Контракт был под угрозой срыва. И это было главной причиной вызова Директора в столицу.  (подробно описано ниже, во второй части книги: стр. 1)

– Во сколько обходится один анк для завода? – спросил Первый.

– 2 млн долларов, — спокойно ответил Директор.

– А за сколько ты его продаешь?

– СпецПродажа* покупает у завода за 3,5.

– А СпецПродажа почем продает конечному получателю?

– За 4,5 миллиона.

Первый мгновенно считал в уме. Он развил в себе эту способность еще в ту пору, когда был главой бюджетного комитета Верхорады. (подробно описано ниже, во второй части книги: стр. 3).

_______________

*«СпецПродажа» — ещё одна государственная фирма, которая по решению Кабинета Министров производит экспортно-импортные операции товаров военного и двойного назначения и сопровождает азиатский контракт. Завод, который производит военную технику, не имеет возможности проводить подобные операции. В последнее время ситуация стала меняться и некоторые предприятия концерна получили возможность выходить на внешние рынки самостоятельно.

Куратор НРБО заерзал на стуле: живот резко скрутило. На лбу проступил пот, ладони стали холодными и влажными.

«Мне пиз…ец!» – подумал он.

«Тебе пиз…ец.» – подумал Первый.

– Ну нет, ну там гораздо больше себестоимость выходит, – попытался исправить положение куратор.

– Разве директор не знает, сколько у него стоит анк? – грозно рыкнул на него Первый.

Когда Моранов знакомил Директора с куратором, тот вскользь упомянул об управленческом бонусе: так наверху назывались материальные ресурсы, которые предполагалось получать помимо основной зарплаты. Никакой конкретики. И вот, неожиданно, она появилась.

«Крысишь. Даже у своего сюзерена и бизнес-партнера, – подумал Директор. – А Моранов говорил, что вы вынуждены отдавать наверх 50%. Да где уж…». Он понял, кто снимает сливки в ТопоромПроме, а кому приходится вкалывать и брать на себя все риски. Не приятно осознавать себя ослом. «Ну что ж, проглочу и эту горькую пилюлю. А со сладкой парочкой – разберусь позже».

–Сколько анков уже сделано? – обратился первый к Директору

– 25.

– Сколько осталось?

– 24, – коротко отвечал Директор.

– Почему Азия не довольна?

– Мы должны до октября сдать 16.

–Успеешь? – спросил Первый громче, чем обычно.

– Пока идем в графике. Думаю, что сделаем вовремя.

– Поклянись на крови! – сказал Первый и ударил кулаком по столу.

Неожиданно в разговор вмешался руководитель НРБО.

– Зрадників ми розстрілюєм. Навіть лежачих.

 

 

– Тогда может быть сейчас и начнёте? – сухо парировал Директор.

Он вспомнил о книге, написанной, жаждущим крови, руководителем НРБО.

 

[П-Астор]

Так называли его соратники по партии. После победы Оранжевой революции в Великой Стране, которая, наконец-то с облегчением вздохнула, он не сходил с телеэкранов. Журналисты часто его цитировали и брали интервью. Он много сделал, чтобы революция состоялась. Он сделал еще больше, чтобы она победила. Он был ее символом, так же, как и Лидер его партии. Честь, достоинство, уважение – были тогда для него не пустые слова. Они для него много значили. Также, как заповеди не кради, не лги, не убивай.

Не убивай! А здесь расстрел. Что случилось? В его книге об этом ни слова. Более того, она пронизана человеколюбием, верой, свободой. Свободой, которую не отнять у искренне верующего человека даже в тюрьме! Что случилось? Откуда эти замашки тирана?

Бог Вам судья, господин П-Астор.

 

 

[Бог Вам всем судья]

Мерно ходили очистители лобового стекла, фары светили вдаль, под капотом тихо работал мощный двигатель. Директор возвращался из столицы. Он любил сам водить машину. Свою. Сколько раз он уже проехал по этой дороге. Сколько еще предстоит проехать.

«Волюнтаризм* чистой воды», — крутились мысли у него в голове после совещания у Первого. – «Конечно, можно добиться результата через хочу или очень хочу. Но, как правило, затраты на достижение этого результата, во много раз превосходят экономические выгоды. Кто и когда об этом думал. Всегда побеждает непогрешимость великих мира сего». И еще в голове периодически всплывало словосочетание: гибрис-синдром**. И что гибрис всегда заканчивается немезисом***.

_______________

* Волюнтаризм – стремление реализовать желаемые цели без учёта объективных обстоятельств и возможных последствий

** Гибрис-синдром представляет собой модель поведения человека, который: 1) воспринимает мир как сцену для самопрославления посредством использования власти, 2) предпочитает действия, ведущие к улучшению своего имиджа, 3) уделяет непропорциональное внимание к производимому на людей впечатлению, 4) демонстрирует мессианскую увлеченность и экзальтацию в публичных выступлениях, 5) отождествляет себя с нацией (организацией), б) использует королевское «МЫ» в разговорах, 7) демонстрирует гипертрофированную самоуверенность, 8) проявляет презрение ко всем окружающим, 9) готов отвечать только перед высшим судом (Истории или Бога), 10) уверен, что этот высший суд его оправдает, 11) теряет контакт с реальностью, 12) склонен к нетерпеливым, рискованным и импульсивным действиям, 13) позволяет своему чувству „правильности» преодолевать любые возражения практической целесообразности, цены и расходов, 14) демонстрирует непонимание и пренебрежение к механизмам выработки рациональных решений…

*** Немезис – англизированная форма имени древнегреческой богини возмездия Немезиды, персонификация Возмездия, Мести, Воздаяния, а также Взыскания задолженностей в самом общем смысле слова, представляет собой глобальный инструмент принудительной реализации принципов мирового равновесия (Фемиды).

 

Директор три раза глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Голова снова стала ясной. «Нужно найти выход».

Не его вина была в том, что сроки выполнения контракта были затянуты: соглашение на поставку анков в одно из азиатских государств было подписано еще при бывшем руководстве не только завода, но и государства.

Аванс был исправно перечислен страной-заказчиков и ушёл, как вода в песок, на офшорные счета сильных мира того. Но контракт необходимо было выполнять. И Директор взялся за это: он знал на что идет. За год объем промышленного производства на заводе вырос на 273% (ссылка, интернет). Однако, и этого было недостаточно, чтобы наверстать упущенные темпы. Нужно было сделать невозможное.

 

***

В кабинете Директора было немноголюдно: присутствовали только руководители предприятий-смежников, входящих в Концерн, которые участвовали в производстве анка «Плот».

– У меня есть два списка, – начал совещание Директор. – У вас, господа, полчаса: можете звонить, консультироваться. Затем вы должны подумать и сказать мне одну из следующих фраз:

  • Я сделаю все вовремя по проекту «Плот»
  • Я не сделаю все вовремя по проекту «Плот»

Директор сделал паузу. В кабинете воцарилась тишина.

– В зависимости от того, какой ответ я от вас услышу, вы попадёте в один из списков.

Все поняли, к чему он клонит: скорее всего эти списки сегодня же попадут в столицу. Время пошло.

 

***

Накануне совещания Директор спал плохо. Как заставить сделать невозможное на своем предприятии, он знал. Он был уверен, что справится. А как заставить совершать каждый день подвиг руководителей заводов-смежников, от которых зависит выпуск конечной продукции? Решение никак не приходило.

Утром, как обычно, Директор вошел в кабинет. В приемной на утреннюю оперативку собирались заместители и руководители подразделений. В голове сверкнула молния. Неожиданно он улыбнулся и громко сказал: «Есть!». Никто не понял, что произошло. И лишь один человек улыбался еще сильнее. Решение было найдено.

В приемной Директор увидел руководителя кадрового подразделения завода. И он мгновенно вспомнил, как принимал на работу людей в свой бизнес, которым руководил лично, до того, как был приглашен работать на государственное предприятие. Тогда на собеседовании с кандидатом на вакантную должность он моделировал реальную ситуацию на грани фола и задавал один единственный вопрос: «Ты сможешь справиться? Ты сделаешь это?». Если испытуемый отвечал «Да», то дальше обсуждалось, каким образом, в какой последовательности, с какими ресурсами, вознаграждение, соц. пакет. Но вначале не должно быть ни капли сомнения. Если претендент начинал заниматься «рассуждательством», то, не смотря на красивое резюме, разговор прекращался.

 

***

Время для принятия решения истекло. В кабинете собрались директора заводов Концерна. Каждый был личностью, каждый нес ответственность за свои слова.

– Я сделаю вовремя, – сказал первый.

– Я сделаю в срок, – сказал второй.

– Я сделаю вовремя, – сказал третий.

– Послушайте, коллеги, у меня не успеет вырасти кристалл. Невозможно в такие сроки…

– Значит я записываю Вас во второй список, – оборвал четвертого Директор.

 

Совещание закончилось. Кабинет опустел. Не успел Директор насладиться тишиной, как зазвонил телефон.

– К Вам посетитель.

– Пусть заходит.

Прямо с порога к Директору обратился руководитель завода, у которого «не рос кристалл»:

– Запишите меня в первый список. Еще не поздно?

Теперь совещание закончилось по-настоящему. Директор прошел в комнату отдыха, выпил стакан воды, сел в удобное кресло, постарался расслабить плечи, глубоко вздохнул, медленно выдохнул, закрыл глаза и подумал:

«Господи, чего же не хватает этой Великой Стране?»

 

***

В это время на небе, над тем местом, где сидел Директор, едва колыхнулось облако. Оно знало. Теперь оно точно знало.

Хранители – так назвал их Он. Также называли их внизу, среди обитателей этой Планеты.

Чтобы заслужить это звание, после сотворения им нужно было проявить себя, работая с малыми объектами: листьями, камнями, каплями. Затем наступало время, когда им доверяли небольшое животное. Человека доверяли намного позже: Хранитель должен был пройти через Его суд и доказать, что справился с предыдущим заданием. У старших и более опытных коллег были целые народы, цивилизации, планеты, галактики. Хранители имели разную форму, а, порой и не имели ее вовсе. Но они были всегда рядом.

Облако было еще юным. Он сотворил его совсем недавно. Но оно быстро двигалось вверх по карьерной лестнице.

Директора ему доверили чуть больше, чем полвека назад. До этого ступенькой карьерной лестницы была самка дикого кабана, которая верховодила в стае.

С ним было и просто, и сложно одновременно. Пока два года назад он не попал на государственный завод Великой Страны. Здесь стало только сложно: прослушка в кабинете, взлом электронных почтовых ящиков, слежка. Пару раз Облако будило его, уснувшего за рулем от переутомления. Как-то, среди зимы, в снегопад, пришлось пробить шину и остановить на обочине. За полчаса до этого Облако услышало слова водителя КАМАЗа, который должен был двигаться по встречной полосе: «Ну, наливай. По последней и поехали».

Главный экзамен для Хранителя мог наступить в любой момент: только Он знал, когда объект сделает на этой Планете последний вздох. И до этого часа Он не судил Хранителя. Мог наставлять, подсказывать. Но никогда не вмешивался. Однако, когда доверенный Хранителю объект обращался к Нему напрямую, особенно с вопросом, а не с просьбой, Он всегда интересовался мнением Хранителя.

Чаще всего обращались с просьбами. Здесь Он сам вершил. Реже – с вопросом. И когда кто-нибудь говорил: «Господи, подскажи, что я могу для Тебя сделать», Он закрывался от всех и пропадал неделями. В последнее время такое обращение произносилось крайне редко. И эти слова Ему было особенно сладко слышать. Поэтому Он любил их смаковать долго, по капелькам.

Уже скоро Облаку предстояло общение с Ним. Теперь оно знало, что когда Он спросит, чего же не хватает этой Великой Стране, оно ответит…

 

 

 [Заключение]

«И почему я должен этому верить?» – спросит пытливый ум.

И правда, почему? Достоверны ли эти истории? Может из нескольких разрозненных фактов автор слепил каркас, а пробелы заполнил своей бурной фантазией?

Совершенно верно, вы не ошибаетесь насчет фантазии автора. А для пытливого ума проведу аналогию на следующем примере.

Для установления фактов пытливому уму не нужна вся картина мира. Он, как врач-диагност, по нескольким разрозненным симптомам может установить точную картину и стадию болезни. Врач меряет температуру и давление, считает пульс, слушает, щупает, смотрит язык и зрачки. После чего он говорит пациенту чем тот болен и как ему лечиться. При этом диагност не обладает достоверными данными в виде посмертного эпикриза. Он, на удачу пациента, обходится без вскрытия. Для нашей страны роль патологоанатома принадлежит прокуратуре и суду, который устанавливает окончательный диагноз. Гораздо позже. Когда деньги за границей, а подозреваемые в бегах.

 

О подозрениях и честных руководителях

Если ваш руководитель говорит о честности и порядочности в учреждении, которое возглавляет, осмотритесь вокруг и ущипните себя. Если Вы не спите, то вначале предпримите следующие действия: попробуйте вначале разделять те принципы, которые декларирует ваш начальник. Возможно, так и есть: вы работаете под руководством порядочного человека. И я искренне этого хочу. Такие люди попадаются. Один на миллион.

Но как только у вас возникло подозрение (здесь ключевое слово подозрение), а не факты, которыми вы со временем будете располагать в избытке. Так вот, как только у вас возникла мысль, что вокруг вас происходят фиктивные проводки, зарплата в конвертах, обналичка.

Крупные суммы оседают на счетах в офшорах, замаскированные под комиссионных посредников во внешнеэкономических сделках. Это началось.

Оно уже было, но сейчас и Вы об этом узнали. Далее симптомы следующие: ваш босс «старается» ничего не замечать. А когда вы ему на это обращаете внимание, в ответ слышите «Это моя игра!» (как более-менее откровенный вариант). Но чаще: «Ты ничего не понимаешь» до самого распространенного «Сверху попросили». «Это политика» – как вершина искусства мздоимца прикрываться указаниями начальства. А он что, он ничего. Выполнил указание.

От вновь прибывающих он требует кристальной честности. Потому что это уже сложившийся имидж: дежурные фразы встроились в речевые обороты и на каждом новом собеседовании с новичком льются непрерывным потоком. Заместители и приближенные вашего босса на совещаниях вторят ему о том, что на местах (госпредприятиях) не чувствуют «энергетического поля Концерна: поля честных и открытых отношений». Честных для кого? Правильно, для тех, кто ниже начальствующих говорящих голов, животов, не влезающих в штаны и пиджаки и задов, по которым рано или поздно будет произведен финальный пендаль. Открытых для кого? Правильно, для народа, которому заказанная история тоннами грузится с сайтов госконцернов и 5-канальных СМИ. А где настоящая честность? Наверху. Там, где сходятся потоки, о которых Вы догадывались, но теперь доподлинно узнали. Там, где разговоры о новых яхтах, испанских виллах, финских домах, офшорных счетах. Там живут по принципу: «Друзьям все, остальным – закон!»

Поэтому, иногда хочется достать их из Пузыря и вывернуть их прогнившие внутренности наизнанку.

 

Так это бунт?

 

В бунте нет ничего экстраординарного: бунтовали всегда, бунтовали везде и против любой власти. Как правило, было с чего бунтовать.

Бунт – это попытка изменить административно‑государственный порядок. Попытка, предпринятая снизу.

Классические причины бунта: низы не хотят. Они не довольны своим материальным, моральным, правовым положением.

Посыл снизу, как правило, звучит так:

Начальство, нас достало то, что вы делаете. Мы считаем, что вы несправедливы, что вы зажимаете наши права, не прислушиваетесь к нашему мнению. Вы управляете страной, концерном, областью, городом или заводом в собственных интересах. И это управление неправильно, не во благо делу и нам, народу.

Причем с вами невозможно решить всё миром! Вы не слышите и не слушаете. Вы не желаете поступаться вашими ресурсами, благами и полномочиями ради общих интересов.

И вот точка кипения достигнута: пар вырвался наружу! Мы выходим на улицы, мы забрасываем камнями ваши министерства. Мы плюем на ваше правительство. Мы врываемся в ваши кабинеты и крушим все, что попадается нам на пути. Мы берем в руки оружие и идем силой добывать наши права.

Мы формулируем наши требования и планируем действия по их осуществлению. Мы выдвигаем из своих рядов самых способных и справедливых. Ну и ловкачи с лужёной глоткой, тоже выдвигаются.

Мы формируем свои органы управления, вооружённые подразделения, охрану, чтобы обеспечить порядок.

Мы пытаемся понять, куда нам идти дальше. И, главное, как устроить все так, чтобы на равных разговаривать с остальным миром, чтобы закрепить все то, что завоевано нашей кровью в мире волков.

 

Так было в 2004, 2014. Так будет…

 

 

[В камере]

                                                                                                                 Ты выбился из грязи в князи

                                                                                                                 но быстро князем становясь,

                                                                                                                не позабудь, чтобы не сглазить,

                                                                                                                не вечны князи – вечна грязь!!!

                                                                                                                                                      Омар Хайям

Рубаха на нем уже давно помялась, шнурки в туфлях отсутствовали, а брюки были без ремня и пуговиц. Чтобы они не упали, Моранов постоянно держал их руками. Пуговицы на брюках для того и были срезаны, чтобы он чувствовал себя жалким. Разве может человек чувствовать себя как-то иначе, когда ему приходится двумя руками держать штаны? Да еще в камере Укьяновского СИЗО. Не может.

Еще вчера к нему в кабинет стояли огромные очереди из посетителей всех мастей и подчиненных. Еще вчера его ждали заграничные командировки, приемы в посольствах, переговоры на оружейных выставках. Еще вчера он мог одним движением своей любимой ручки Lamy решить судьбу любого директора предприятия, которое входило в ТопоромПром. И об этом он неоднократно вещал с экрана телевизора, тыча маленьким черным стержнем в камеру. Он любил повторять, что работает не головой, а ручкой: «Я подписал и передал в прокуратуру сотни представлений и заявлений».  Еще вчера он мог влиять на принятие решений Первого в масштабах всей Великой Страны. По крайней мере ему так казалось. Теперь он ничего не мог, кроме как держать двумя руками штаны, чтобы они не спадали.

Моранов сел на край табурета в камере и тихо заплакал…

Лев Дронов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Optionally add an image (JPEG only)